denik: (Default)
В добавление к старой записи о поэтической фонетике - пример уже не поэтического подхода к значениям звуков из свежей записи в Language.log.

Автор записи, Марк Либерман, цитирует недавнюю заметку в New York Times, где упоминается известная точка зрения о том, что гласные заднего ряда воспринимаются как связанные с чем-то большим, а гласные переднего ряда, напротив, с чем-то маленьким. Поэты об этом знали давно, да и в фоносемантике, как ее ни воспринимать, это вещь известная. Тут интригует, конечно, упоминание о сотне языков (хотелось бы знать, откуда оно взялось):

Because of the acoustic properties of our vocal apparatus, some words just sound bigger than others. The back vowels (the “u” in buck) sound bigger than the front vowels (the “i” in sis), and the stops (the “b” in buck) sound bigger than the fricatives (the “s” in sis). As it turns out, in well over 100 languages, the words that denote bigness are made with bigger sounds.

А дальше идет ссылка на исследование маркетологов (вот она, новая ветвь науки - маркетологическая фонетика), у которых купить со скидкой условное мороженое, стоящее в норме 10 долларов, большее число информантов соглашалось за $ 7,66 , чем за $7,22 - поскольку "22" звучит больше, чем "66":

[T]he English number words for 3, 6, 7, and 8 involve front vowels and fricative consonants and therefore are expected to be associated with perceptions of smallness, whereas the number words for 1 and 2 involve back vowels and stop consonants and are expected to be associated with perceptions of largeness. Thus, we chose 6's and 3's to manipulate small perceptions and 2's to manipulate large perceptions and created two sets of regular-sale price combinations…

Подробности по ссылкам.

Можно долго обсуждать корректность и целесообразность экспериментов подобного рода, мне здесь интереснее, скорее, как представления, на протяжении долгого времени имплицитно бытовавшие в поэзии, в последние годы стремительно входят в сферу прикладной науки.

А воздух сладкий, как одиннадцать,
Стал ядовитым, как двадцать семь
.

Или, перефразируя известное, - some words are bigger than others.
denik: (Default)
Элегии на стороны света

1 (Северная)

М. Ш.


По извивам Москвы, по завертьям её безнадежным
Чья-то тень пролетала в отчаяньи нежном,
Изумрудную утку в пруду целовала,
Заскорузлые листья к зрачкам прижимала,
От трамвая-быка, хохоча ускользала
И трамвайною искрой себя согревала.
Зазывали в кино ночью — «Бергмана ленты!»,
А крутили из жизни твоей же моменты
По сто раз. Кто же знал, что ночами кино арендует ад?
Что, привязаны к стульям, покойники в зале сидят,
Запрокинувши головы, смотрят назад?
Что сюда их приводят как в баню солдат?
Телеграмма Шарлоте: «Жду, люблю. Твой Марат»,

Скинула семь шкур, восемь душ, все одежды,
А девятую душу в груди отыскала, —
Она кротким кротом в руке трепетала,
И, как бабе с метлой, голубой и подснежной,
Я ей глазки проткнула, и она умирала.

Посмотри — небосвод весь засыпан и сыплются крылья и перья,
Из неделю не выместь — зарыться навеки теперь в них.
Посмотри — под Луной пролетают Лев, Орёл и Телец,
А ты спишь, ты лежишь среди тела змеиных колец.
Там, где мрак, — там сиянье, весь мир изувечен.
Мраком ангел повился как цепким растеньем,
Правь на чёрную точку, на мглу запустенья,
Правь на темень, на тьму, на утёсы, на смутное — в яму.
В прятки ангел играет — да вот он! В земле, под ногами.
Он не червь — не ищи его в поле ты роясь.
Видишь — светлые птицы к зиме пролетают на полюс?

Посмотрела она, застонала,
И всю ночь о зубцы запинаясь летала,
И закапала кровью больницы, бульвары, заводы.
Ничего! Твоя смерть — это ангела светлого роды.
denik: (zp)
Листал сегодня свежую книжку Н. А.Фатеевой (Фатеева Н. А. Интертекст в мире текстов: Контрапункт интертекстуальности / 2-е изд. доп. М.: КомКнига, 2006).
На с. 130 речь идет о стихотворении Виктора Кривулина "Александр Блок едет в Стрельну" (тот же фрагмент есть в статье Фатеевой, опубликованной здесь):

Поэт представляет нам стилизацию мемуаров А. Ахматовой, аллюзивно воспроизводит ее встречу с А. Блоком 15 декабря 1913 года, за две недели до начала 1914 года. Строки Ахматовой Я пришла к поэту в гости / Ровно полдень. Воскресенье восстанавливаются благодаря ритмико-синтаксической и комбинаторной памяти слова "воскресенье".

Жалко, "комбинаторная память" не подсказывает автору, что никакой Ахматовой здесь нет и в помине (право, сложно себе представить, что строчки Спутница пускай щебечет / воробьиное своё относятся к ней). Речь, конечно, о Надежде Павлович, ее воспоминаниях о Блоке и о поездках в Стрельну в 1920 году, о которых можно прочесть и в записных книжках Блока (в сборнике Кривулина "Концерт по заявкам", кстати, у стихотворения есть подзаголовок: "По воспоминаниям Надежды Павлович").

Это стихотворение Кривулина, одно из моих любимых у него, похоже, отсутствует в сети, так что привожу его здесь.
Read more... )
denik: (Default)
А вот скажите мне, о связи первой строчки "Души" (Выше! Выше! Лови летчицу!, 1923) и "Авиамарша" Хайта/Германа (1920–1921, вроде) писал кто-нибудь?
Есть ведь работы по "авиационным" мотивам у МЦ, только мне не вспомнить что-то с ходу.

Profile

denik: (Default)
denik

July 2011

S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17 18 1920212223
2425262728 2930
31      

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 24th, 2017 12:19 pm
Powered by Dreamwidth Studios